Виктор Пугачев о театре и кино, о Леонове и Кобзоне, о «Счастливом случае» и преемнике

2019 год объявлен в нашей стране Годом театра. Именно поэтому первый в новом году выпуск «Разговора без микрофона» будет посвящен театральной теме. А с кем еще говорить в Клинцах
о театре, как не с Виктором Пугачевым. Это случай, когда гость не нуждается в представлении.

И все же. Виктор Михайлович, один из самых узнаваемых людей в Клинцах, уже более 40 лет возглавляет народный театр. А еще он заслуженный работник культуры и Почетный гражданин
города Клинцы. Мы поговорили не только о театре, но и о кино и телевидении, о его многочисленных и удивительных встречах с известными людьми и об игре в телепередаче «Счастливый
случай». Виктор Пугачев — это неиссякаемый кладезь интересных и забавных историй. Часть из них вошла в это праздничное интервью.

Народный режиссер народного театра


— Виктор Михайлович, наше интервью выйдет в первом номере газеты в 2019 году. Этот год объявлен в России Годом театра. В Клинцах торжественное открытие Года театра прошло 14 декабря. Что интересного ждет клинцовского зрителя в новом году?
— Открытие Года театра ознаменовалось интересным творческим вечером. Надеюсь, что будущий год для театра будет успешным. Мы уже приступили к новым постановкам. Сейчас готовим новогоднюю сказку для детей, которая называется «Тише, кот на крыше!» Это веселое приключение четырех сказочных котов: Кота в сапогах, Кота ученого из сказки А.С. Пушкина, Кота из «Бременских музыкантов» и кота Базилио из «Золотого ключика». Заняты в спектакле молодые актеры — учащиеся и студенты нашего города. Премьера состоится 2 января. Мы будем играть его почти все каникулы — до 6 января включительно. Надеюсь, спектакль понравится публике. В перспективе у нас запланирована на май премьера спектакля «Самая простая история» (по пьесе Марии Ладо). К репетициям приступим сразу же после новогодних праздников. Это трагикомедия о нашей жизни. Очень правдоподобная и жизнеутверждающая. Я люблю ставить комедии, поэтому трагикомедия мне тоже очень близка. У меня уже был спектакль «Трибунал» (по пьесе Андрея Макаенка), в котором тоже сочеталось и смешное, и грустное. По-моему, такие постановки у меня неплохо получаются. Надеюсь, что зрительский успех ждет и «Самую простую историю». В этом спектакле будут задействованы ведущие актеры и актрисы нашего народного театра, а также молодежь. Пьеса необычна тем, что наряду с обычными людьми в ней еще действующими лицами являются животные: корова, свинья, лошадь, петух и собака. Они по-своему реагируют на все происходящие события, обсуждают их. История, конечно, нереальная, но в ней поднимаются очень серьезные житейские и человеческие проблемы.

— В какое время происходит действие спектакля?
— Это наши дни, русское село. В основном действия разворачиваются в сарае, где обитают животные. Там будут происходить и печальные, и смешные события. Человека, как это ни странно, труднее заставить смеяться, чем плакать. Если зритель по-настоящему смеется, значит, актеры добились больших высот. Вызвать слезы легче — все мы сентиментальны.

— Вы руководите театром с 1974 года. Наверняка были взлеты и падения. Расскажите о лучших и о самых трудных для театра годах.
— 2019 год для меня юбилейный. Ровно 50 лет назад, в 1969 году, я пришел после службы в армии в народный театр самодеятельным актером. Режиссером был тогда Борис Орлов. Он стал моим наставником, вторым отцом. Он меня воспитал, дал дорогу в жизнь. Я играл у него в нескольких спектаклях, после чего поступил в институт. Но вернулся домой немного раньше, и когда Борис Самуилович ушел на пенсию в 1974 году, то я возглавил театр. В 2019 году исполняется ровно 45 лет, как я руковожу театром. Времена бывали разные, но раньше было немного легче. Я был моложе, да и городские власти уделяли нашему творчеству больше внимания. Актеров можно было легко освободить от основной работы для участия в спектакле, их поощряли. Выделялись деньги на декорации и костюмы. Со зрителями тоже проблема. В те годы не было компьютеров — люди шли в театр… Сейчас мы проводим определенную работу, поэтому зал не пустует. Но это уже не те аншлаги, что бывали в прошлое время. И еще хочу отметить, что сегодня в театре талантливая молодежь — добрая и жизнерадостная. В наш коллектив приходят люди с хорошим чувством юмора, в чем можно убедиться на наших спектаклях.

— Сколько зрителей приходит на спектакли?
— Ползала — это уже хорошо. Двести человек пришло — уже нормально. При пустом зале актерам-любителям играть сложно. Это профессионалу все равно: ему платят деньги, и он должен играть, даже если в зале пять зрителей. У нас самодеятельный театр, деньги актеры не получают. Работают, так сказать, ради удовольствия, при этом тратят свое свободное время. Считаю, что делают большое дело.

— Кто помогает театру? Есть ли какие-то поощрения для актеров?
— Иногда накрываем сладкий стол для молодежи. Но за свои деньги. Не могу сказать, что театру никто не помогает. Когда бывали юбилеи театра, откликалась и городская власть, и спонсоры — мои друзья-бизнесмены. Давали деньги на буклеты и оформление праздничных мероприятий. Но хотелось бы больше…

— Сколько времени уходит на репетиции одного спектакля в народном театре?
— Около полугода. По требованию к народному театру мы в год должны выпускать два спектакля. На Новый год — это часовая сказка для детей. А потом мы готовим большой спектакль для взрослого зрителя продолжительностью до полутора часов. Бывало, что и три спектакля в год выпускали.

— У вас большая труппа?
— Во взрослом коллективе около 30 человек. Возрастной состав — от 15 до 70 лет. Старого актера под молодого загримировать можно, но я не считаю это правильным. Я против и когда роли мужчин играют женщины с приклеенными усами и говорящие женскими голосами. Это перебор. Хотя были и у меня случаи, когда Бабу Ягу играл юноша, но это исключение.

— Давайте назовем самых опытных актеров труппы.
— Валентина Мирошина и Виталий Корнеев. Виталий Анатольевич в наступившем году будет отмечать 70-летний юбилей. Он родился в один день, месяц и год с Аллой Пугачевой — 15 апреля 1949 года.

— Как происходит распределение ролей?
— Не знаю, какой я режиссер, плохой или хороший. Это решать зрителям или актерам, а не мне. Но у меня есть два хороших качества. Это чувство юмора, поэтому комедии и сказки у меня получаются лучше, чем серьезные пьесы. Я ставил и драматические спектакли — «Пир во время чумы» (по Александру Пушкину) и «Русские люди» (по Константину Симонову). Но их удачными не назовешь.

— Самокритично.
— Ну, ведь так и было. Второе чувство — это умение правильно выбрать актера на роль. Ведь я-то могу выбирать из тех, кто у меня в коллективе. Ясное дело, у меня нет таких возможностей как в кино, где есть картотека актеров, которых приглашают на определенные роли, проводят с ними пробы. Я ищу сам. В результате у меня получается довольно правильное распределение ролей. К примеру, ставил недавно спектакль «Левша». Взялся за него только потому, что у меня появился актер на главную роль. Это Павел Крылов, студент КИПК. Он отлично справился с ролью тульского умельца. Кстати, в нашем народном театре играет и его старший брат Игорь. Также было и в случае, когда я ставил «Василия Теркина». Но тогда сложилась забавная ситуация…

— Отсюда подробнее.
— Я решил поставить этот спектакль к юбилею Победы. По жанру это комедия про бойца на войне. Я нашел у Твардовского продолжение его известной поэмы, которое называется «Василий Теркин на том свете». Я немного переработал это поэтическое произведение, да простит меня Александр Трифонович. Кое-что убрал, добавил кое-какие сцены. Сделал, так сказать, из поэмы пьесу. На афише не стал писать имя автора, было бы как-то неловко перед ветеранами. Схитрил, но никто так и не заметил замены (смеется). Написал просто: «Василий Теркин. Часть вторая». По сюжету главный герой на том свете сталкивается с бюрократами, воюет с ними. Это произведение я тоже взял лишь потому, что у меня был исполнитель на роль Теркина — известный в Клинцах хореограф Владислав Адрианов. И он справился с этой непростой ролью.

— У вас в труппе демократия или авторитаризм?
— Полная демократия! Не помню, чтобы хоть одного актера я выгнал из коллектива. Люди уходят, если понимают, что не справляются или появляются личные или семейные обстоятельства. Я не вмешиваюсь в творческий процесс, в основном провожу репетиции из зала. Стараюсь меньше показывать, хотя начинал как актер и в институте даже имел пятерку по актерскому мастерству. Получается, что актер сам создает роль. Но это он так считает (улыбается). Я воздействую, объясняю, но на сцену выхожу редко. Конечно, я делаю планировку спектакля, определяю мизансцену — откуда кто выходит, где кто стоит, что делает. А вот уже по наполнению образа я подсказываю, а актеры начинают его искать, думать, фантазировать. Это дорогого стоит. Они свободны, не начинают вспоминать, что Пугачев сказал им, куда стать и что сыграть. С молодежью сейчас главная проблема — научить их громко и правильно говорить. Сцена имеет свои законы. Если говоришь в глубину сцены, то говори в два раза громче. Старайся направлять звук в зал, говори внятно. Зрители должны слышать текст драматургического произведения, а не только видеть на сцене картинку, даже если она и красивая. Много работаю над этим. Есть результат. Но не всегда.
Когда к нам приезжает профессиональный театр, например ТЮЗ, актеры там за этим не очень внимательно следят. Для них важен заработок, это их профессия. Бывает, зайду на гастрольный спектакль, а дети в зале шумят. Это значит, актеры что-то не доносят, плохо играют или тихо говорят. Я учу актеров также правильно двигаться по сцене. Например, по законам театрального жанра поворачиваться актеру надо лицом через зал… Стараюсь делать замечания непринужденно, а не диктовать. Проблем всегда бывает много. Костюмы, декорации, реквизит, музыка, свет — это все на мне. Актер должен выучить роль, правильно двигаться по сцене, громко говорить и хорошо сыграть свой образ.

— Какими главными качествами должен обладать хороший режиссер?
— Терпение и терпимость. Терпение, потому что надо не спешить видеть конечный результат. Когда приходишь на первую репетицию, и все получается — это, по-моему, плохо. Должно быть развитие. Вот художник, когда рисует картину, начинает с наброска, постепенно добавляя краску, в итоге получается законченное произведение. Если мои актеры начинают сразу очень хорошо читать текст и играть, я им говорю: «Ребята, не надо! Я вижу, что у вас получается, но давайте все делать постепенно, вместе со всеми». Таланты ведь разные. Кто-то сразу проявляет себя, а кто-то, допустим, играет только первую роль. Получается диссонанс. Стараюсь их выравнивать. Очень не люблю звездную болезнь, сразу стараюсь актера опускать на Землю…

— Такие моменты бывают?
— Конечно, если молодой человек становится известным, хорошо сыграл пару ролей, и его начинают все узнавать, хвалить. Впрочем, я тоже хвалю их. Надо актера хвалить в любом случае. Есть такой педагогический прием. Усадите рисовать дом двух маленьких детей одинакового таланта. Одного начинаете ругать, а другого хвалить. Тот, которого хвалят, будет рисовать лучше. А второй будет плакать и мучиться. Теперь о втором важном качестве хорошего режиссера — терпимости. Я много работал в школах города, преподавал мировую художественную культуру. У режиссера, педагога, воспитателя должно быть это качество. Ведь у каждого человека свой характер, свои потребности. Надо уметь найти подход к любому. Кого-то можно поругать, и он не обидится, а кто-то сразу «ударится» в слезы. Полагаю, что у меня все же есть умение разбираться в людях. Как сказал великий Георгий Товстоногов, профессия режиссера — это одна из самых трудных и опасных на Земле. Я ему верю. В режиссуре, как в медицине и футболе, у нас все всё понимают.

Блиц


— Три любимых русских актера?
— Василий Шукшин, Владимир Высоцкий и Евгений Леонов.

— А из сегодняшних?
— Сергей Безруков, Владимир Машков и Евгений Миронов. Все они воспитанники Олега Табакова. Кстати, о табаковцах. Училась в клинцовской гимназии Ангелина Поплавская, играла у нас в новогодней сказке Снегурочку. Потом поехала и поступила в школу-студию МХАТ. Она получила актерское образование, начала играть в московском театре и активно сниматься в кино. В наступившем году мы должны увидеть Ангелину на экране в роли жены Ильи Муромца.

— А из зарубежных?
— Чарли Чаплин — все его фильмы смотрел. Еще назову Луи де Фюнеса и Адриано Челентано.

— Лучший театральный режиссер России на сегодня.
— Я во времена учебы в Москве бывал на Таганке на репетиции у Юрия Любимова. Там видел Владимира Высоцкого, но постеснялся к нему подойти. К сожалению, их уже нет с нами… Назову, конечно, Марка Захарова. Мой первый спектакль, поставленный в народном театре, назывался «Темп-29» (по произведениям Николая Погодина). Эту инсценировку создали Марк Захаров и Юрий Визбор. Большой спектакль про первые пятилетки со сложными декорациями, около тридцати действующих лиц. В этой постановке мне помогал Борис Орлов. Главную роль сыграл мой друг Владимир Горелик, который сегодня живет в Израиле. Приехав в Институт культуры на сессию, я сразу же отправился в театр Ленинского комсомола к Марку Захарову. Я принес ему его пьесу «Темп» и говорю: «Марк Анатольевич, а можно получить вашу новую пьесу «Автоград-ХХI»? Это было в далеком 1975 году. Великий режиссер очень удивился, что я в народном театре поставил такую сложную пьесу, как его «Темп»? и подарил мне свой «Автоград». Вернувшись в Клинцы, я сразу же активно приступил к новой постановке. И снова в главной роли был Владимир Горелик. «Автоград» стал моим дипломным спектаклем. Через год я на «отлично» защитил его в институте.

— Три лучших кинорежиссера?
— Василий Шукшин — это мой кумир. Кстати, я ставил его пьесы: «До третьих петухов», «А поутру они проснулись», «Точка зрения». Безусловно, Леонид Гайдай. Знаю наизусть все его комедии. Нравится Андрей Тарковский, но я его не понимаю. Много лет назад, во времена моей учебы в институте, мы с другом посмотрели фильм «Солярис». После сеанса он меня спрашивает: «Вить, а ты что-нибудь понял?» Я отвечаю: «Нет, а ты, Сережа?» А он и говорит: «Океан активизируется!» Тарковский был неоднозначным, не всеми понятым, но очень талантливым кинорежиссером.

— Из современных?
— С этим сложнее… Кино стало неинтересным, коммерческим. Кинокомедии вообще несмешные. Мелодрамы, то есть сериалы, которые идут по телевизору, я называю индийским плаксивым кино.

— Три любимых фильма?
— «Калина красная», «Бриллиантовая рука», «Джентльмены удачи».

— Емельян Пугачев или Алла Пугачева?
— Конечно, Емельян Иванович! Алла Борисовна — не моя родственница. Читал интервью, где ее спросили про родство с Емельяном. Она ответила, что чувствует в себе кровушку горячую. Обманывает! Насколько я знаю, у нее эта фамилия по отчиму.

— А Емельян?
— Да. И это доказал наш краевед Борис Петров, который раскопал старые церковные архивы. Он и рассказал мне, что на Брянщине найдены корни Емельяна Ивановича. Я родом из села Верещаки Новозыбковского района. Емельян Пугачев бывал в этих краях и, мягко говоря, шустрил. Да, кстати, отсюда у меня и борода. В институте после стройотряда хотели меня побрить. Я гордо сказал: «Извините, но это моя фамильная гордость!» С тех пор ношу бороду постоянно.

— Не спорили на бороду?
— Нет. О, вспомнился еще один забавный эпизод. Когда наша семейная команда Титенко выступала в телеигре «Счастливый случай», ведущий Михаил Марфин задал вопрос: «Почему реку Яик переименовали в Урал?» Я первым поднял руку. Он сразу говорит: «Конечно, Виктор Михайлович, кто бы еще знал ответ на этот вопрос, если не Вы?» Я отвечаю: «История тут такова. Яицкские казаки, предводителем которых был Пугачев, подняли восстание. Емельяна поймали, посадили в клетку и Александр Суворов повез его в Москву к Екатерине II. Императрица приказала: «Реку Яик выстегать нагайками и переименовать в реку Урал». Вот так все и было». Зал аплодировал моему ответу.

— Три самых талантливых актера или актрисы прошлых лет за время Вашей работы в клинцовском театре?
— Боюсь обидеть кого-то. Ну, ладно… Это Владимир Горелик, Евгений Иванов и Ольга Федотова. С ними я начинал свою творческую жизнь, мы все ровесники. Жалею также, что талантливый Евгений Мирошин у меня так и не сыграл. А я хотел видеть его в роли Остапа Бендера…

— Не кажется ли Вам, что русская актерская школа на сегодня богата талантами в мужской своей части, а вот с хорошими актрисами у нас явный дефицит? Речь о кино.
— Наверное, да. Киноактрисы сейчас красивые, но назвать их талантливыми не могу. Конечно, существует в природе Инна Чурикова. Наглядный пример, когда главное — не красота, а талант. Кстати, я встречался с Натальей Крачковской. С такой убедительной фактурой, очень талантливая женщина! А вот мужчины у нас очень талантливые, им бы еще хороших режиссеров.

— В современной киноиндустрии сериалы вытесняют фильмы. Как думаете, эта тенденция продолжится?
— Продолжится. Считаю, что это большой минус. Телевидение захлестнули сериалы. Правда, некоторые сериалы мне нравятся. Например, боевики на НТВ, но не все, а которые сняты с юмором. Например, «Улицы разбитых фонарей» или «Пес».

— А «Ликвидация» Сергея Урсуляка?
— Конечно, потрясающий сериал. Кстати, Ангелина Поплавская уже снималась в эпизодической роли у этого известного режиссера в фильме «Ненастье». Да, пока не забыл. Еще один мой воспитанник снимается в кино. Когда я преподавал лет пятнадцать назад в третьей школе, у меня учился Александр Шестопалов. Он ходил также на занятия в мой драмкружок. Потом поступил в бауманское училище. После нескольких курсов Александр «заболел» кино и пришел на актерское отделение во ВГИК, на курс известного киноактера Анатолия Ромашина. Отучился Саша два курса, но тут Ромашин внезапно погибает. Курс принимает Виталий Соломин — доктор Ватсон из фильма о Шерлоке Холмсе. Обучение становится платным. Александру пришлось вернуться в бауманское училище и окончить его. Сегодня Шестопалов состоит в гильдии актеров. Он снимался в сериалах «Счастливы вместе», «Глухарь» и других фильмах. Также он озвучивает мультфильмы — современные и очень популярные.

— Многие коллеги-режиссеры и актеры поддержали Кирилла Серебренникова. Вам не предлагали подписывать писем в его защиту?
— Не предлагали, да и я его плохо знаю.

Леонов и Кобзон

— Вы встречались с множеством известных людей. Расскажите о самых запоминающихся встречах, интересных эпизодах.
— Больше всего запомнилась встреча с Евгением Леоновым в 1974 году. Мы сидели у меня в кабинете, пили чай. Евгений Павлович был добрым и порядочным человеком. Сильно болел уже тогда, все время глотал таблетки. Потом в Германии ему делали операцию на сердце, а вскоре его не стало. Не помню, чтобы о Леонове кто-то сказал плохое… Встречался я и с Михаилом Пуговкиным. Он приезжал в Клинцы на творческую встречу со зрителями, а я был его гидом. Мы с ним беседовали, шутили. Вдруг он говорит: «Приезжай, Витя, в Москву снимать комедию, если что, помогу». Наверное, больше с шуткой говорил. Очень смеялся над моей татуировкой на левой руке. Говорил: «Все пишут «Вася», «Маня», а ты выколол «ВГИК».

— Как она появилась?
— На последнем году службы в армии я решил ехать и поступать в киноинститут, а меня вдруг задержали с демобилизацией. Я очень расстроился, взял иголку и сделал сам себе эту наколку.

— С кем еще встречались?
— Людмила Гурченко на меня большое впечатление произвела. Великая актриса! Еще я в Москве со многими встречался, когда мы играли в «Счастливом случае». В 1992 году, ответив на вопрос, я выиграл приз у Филиппа Киркорова. Тогда он еще был не так знаменит, как сейчас. Он подарил мне диск со своим автографом. Встречался с Виктором Павловым, Львом Дуровым, Леонидом Якубовичем. У Якубовича я выиграл пригласительный билет на «Поле чудес». Я сидел в студии на записи передачи и увидел там Влада Листьева.

— Давайте вернемся к встрече с великим актером Леоновым. Чем он поразил более всего?
— Простотой. Он много курил, а в Клинцах тогда были перебои с куревом. Он попросил меня: «Если можно, Виктор, найди мне пачку сигарет». Заказал «Честерфилд», на тот момент самые крутые сигареты. Я оббежал весь город, но нигде ничего не нашел. По блату мне продали две пачки «Примы». Возвращаюсь к Леонову, а он сидит в гримерке и ест винегрет с хлебом. Сейчас артисты к нам приезжают и выставляют много требований. Леонов был не такой. С ним тогда приехал еще певец, фамилию я подзабыл. Так вот, я вижу эту сцену с винегретом и говорю: «Евгений Павлович, что Вы тут сидите, как сирота. Вы же народный артист, приходите лучше играть в мой народный театр!» Певец начал возмущаться: «Ты что народному артисту предлагаешь?!» А я ему в ответ: «А ты вообще молчи, тебя и в хор у нас не возьмут!» Евгений Павлович зааплодировал и посмеялся, ему понравился мой юмор.

— Отлично! Давайте еще что-нибудь в этом духе.
— Я обнаружил в архиве жены интересное фото и пришел с ним к Иосифу Кобзону, когда он приехал в Клинцы. На снимке был он, еще совсем молодой. Подхожу к певцу и прошу подписать фото. Он спросил, как моя фамилия. Отвечаю: «Нас трое великих — я, Алла Борисовна и Емельян Иванович». Он переспросил: «Так кто ты?» Говорю, что мы — Пугачевы! Он оценил мое нахальство, посмеялся и подписал фото. Но я хожу не на всех артистов, которые приезжают к нам в Клинцы. На Петросяна и Винокура не ходил, а вот со Святославом Ещенко мы даже подружились.

— Почему на Петросяна и Винокура не пошли?
— На Винокура можно было сходить. А Петросян мне не нравится, если не сказать больше. Хотя мы общались с ним еще на «Счастливом случае».

— А к Михаилу Задорнову как относитесь?
— Очень хорошо. Альтов, Горин, Трушкин, Коклюшкин тоже уважаемые мной юмористы. Я ставил их миниатюры в спектаклях театра «ФЛЮС». Это фракция любителей юмора и сатиры.

— Я слышал, что у Вас есть коллекция фотографий со знаменитостями. На мой вкус фотография ценнее, чем автограф. Согласны?
— А у меня два в одном — каждая фотография с автографом.

— Сколько фотографий со знаменитостями в Вашей коллекции?
— Никогда не считал. Наверное, не меньше полсотни.

— Чем еще увлекаетесь? Есть хобби, совершенно не связанные с театром, культурой и искусством.
— Навалом! Я коллекционер. Потихоньку собираю монеты, марки, открытки, значки. Всего понемножку. Полвека коллекционирую смешные анекдоты. В Клинцах уже вышло четыре сборника анекдотов из моей коллекции. А еще я люблю летнюю рыбалку. Езжу на пруды, озера и ловлю там карасей. На зимнюю рыбалку сходил на Стодольское озеро всего один раз, и охота отпала. А вот ответьте мне: чем зимний рыбак отличается от летнего?

— Чем?
— Ничем! Та же пьянь, только в валенках. Шутка!

«Счастливый случай»

— Вы играли в клинцовской семейной команде Титенко в популярной телеигре «Счастливый случай» на Первом канале. Тогда за команды болел весь город. Чем запомнилась телевизионная изнанка?
— Мы играли с 1992 по 2000 годы, пока игра не закрылась. Она на пять голов выше, чем «Поле чудес». Добрая, семейная, интеллектуальная игра. Мы проделали большой путь, чтобы попасть туда. Сыграли заочные и очные отборочные туры. А всего за эти годы мы сыграли 15 игр, из которых выиграли девять. Шесть проиграли, но две из них были договорные. Это игры со спонсорами — командами газет «Комсомольская правда» и «Аргументы и факты». Но нас по-честному предупредили… Однажды в рубрике «Темная лошадка» должен был петь Лев Лещенко. Мне запомнилось, как перед эфиром он ходил со своей собакой по фойе. Увидев нас, воскликнул: «О, Клинцы! Я за вас болею!» Еще запомнился такой случай. Когда мы первый раз появились в Останкинской телестудии и началась перекличка прибывших команд, то произошел казус. Команды были из Москвы, Ленинграда, Киева, Одессы, Владивостока и т.д. И тут называют город Клинцы Брянской области. Нам говорят: «Мы не знаем, где Брянск. А вы-то откуда?»

— Раскроете какие-нибудь интересные секреты ТВ того времени?
— Телевидение — это почти кино. Передачу снимало много камер, нас предварительно обязательно гримировали. Как-то перед эфиром ко мне подошел автор программы Виталий Проценко: «Пугач, давай, хохми там побольше, нам поинтереснее надо. Ты самый веселый в своей команде». Отвечаю: «Так я ведь могу вам такое ляпнуть». Он мне: «Давай-давай, лишнее мы вырежем». А еще был такой случай. Однажды во время записи игры надо мной взорвался прожектор, на меня посыпались горящие осколки, загорелись волосы и пиджак. Воды в студии не нашлось, и меня поливали сладкой газировкой. Пиджак прогорел. Меня посадили боком, чтобы не было видно дыры, и досняли передачу. Я был героем дня (смеется). А вообще нашу команду любили, мы были без претензий. Нас даже узнавали в метро и на улицах Москвы. А в Клинцах после первой игры два подвыпивших мужика в автобусе за моей спиной начали спорить, играл ли я в «Поле чудес». Я повернулся и разрешил их разборки, сказав, что играл, но немного в другой игре — «Счастливый случай».

— Какова судьба команды, в которой Вы играли?
— Семейную команду собрал брат мужа моей сестры Александры Титенко — Олег. Я лично не верил в эту авантюру. Но мы много тренировались, и все получилось. Сейчас продолжаем общаться, собираемся выложить записи всех наших игр в Интернете. Надеюсь, что клинчане их увидят.

— Вы родом из Новозыбковского района, несколько лет жили в Новозыбкове. Вам ближе Новозыбков или Клинцы?
— Мне ближе моя малая родина — село Верещаки, где я редко бываю. Но вообще я человек городской. Клинцы мне, конечно, ближе Новозыбкова, тут же прошла почти вся жизнь.

— Я решил обойтись без политики в праздничном выпуске «Разговора без микрофона». Так что этот вопрос отнюдь не политический. Многие россияне говорят: «Кто, если не Путин», намекая, что у действующего Президента нет преемника. А я спрошу иначе: «Кто, если не Пугачев?» Вы ведь руководите театром не 18, а все 44 года.
— Многие мои ученики окончили институты по специальности «режиссура». Но что такое оклад в 8 тысяч рублей в месяц? Какой молодой человек пойдет на такое место?! Считаю, что наш труд оплачивается не совсем справедливо. Мне, правда, помогает пенсия. За звание «Заслуженный работник культуры РФ» я получаю 1600 рублей. Да и работа моя совсем не из легких — большой коллектив, много разных проблем. Так что преемника на горизонте пока не вижу…

— О чем мечтает сегодня Виктор Пугачев?
— Мечтаю, чтобы 2019 год стал для меня не последним. Это то, что я себе всегда загадываю в новогоднюю ночь. Я хочу еще долго жить и долго работать! С Новым годом!

Жора КОСТАКЕВИЧ
Фото из архива Виктора Пугачева

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *