Разговор без микрофона

Сергей Евтеев: в наше время работать чиновником — это большое мужество

Сегодня мы начинаем цикл интервью с интересными людьми, имеющими отношение к Клинцам. В рубрике «Разговор» без микрофона» мы будем стараться вести откровенный разговор, который в журналистской среде еще называют «беседой не под запись». Первым гостем нашей рубрики стал Сергей Евтеев.

Зимой он «по собственному желанию» покинул пост главы администрации города. Причиной стали два уголовных дела, которые были заведены на Сергея Юрьевича. По первому он уже заплатил штраф, второй процесс должен стартовать со дня на день. Несмотря ни на что, Евтеев без раздумий согласился на интервью, сразу сказав, что скрывать ему нечего. Наша встреча произошла на стадионе «Труд», разговор затянулся на несколько часов. Мы решили разделить его на две части. Сегодня публикуем первую, а во второй части дискуссия получилась еще более жаркая. Речь во второй части разговора пойдет об отношениях между властью и журналистами, о проблемах спорта, планах Сергея Евтеева на будущее и многом другом.

Я, счастливый как никто!
Когда набираешь ваш номер, вместо унылого гудка слышишь песню Лепса «Я счастливый как никто». Она и по сей день отражает состояние вашей души, несмотря на все злоключения последнего года?
— Да, вы абсолютно правы, я ее не меняю, поскольку я считаю себя абсолютно счастливым человеком. Я прожил такую жизнь, в которой не хотел бы ни одного дня прожить по-другому. У меня очень хорошая семья, дети. У меня были очень хорошие родители, которые воспитали меня в доброте и любви. Да, в последний год на мою долю выпали испытания, но я думаю, что они даются богом, я их пройду.
— Когда последний раз ходили на работу в Дом Советов? Вспомните свой последний рабочий день.
— Все шло в таком аврале, что сходу так и не вспомнишь. Мне больше всего вспоминается 19 февраля. Я выступал на сессии городского Совета, написав заявление об уходе по собственному желанию. Мне хотелось выступить перед людьми, с которыми я работал три года. Волею случая я попал на эту должность. Еще в ноябре 2014 года я и не предполагал, что буду главой администрации, а в декабре уже принял это решение для себя. В первую очередь хочу сказать спасибо за доверие губернатору области, который поверил в меня. Да, у меня был управленческий опыт, депутатская работа была. Но Александр Богомаз шел тогда на большой риск, а вдруг у меня бы не получилось? У нашей семьи есть свой бизнес, есть за что жить. На эту работу я шел не ради заработной платы. Наверное, я пошел в администрацию ради удовлетворения своих амбиций, хотел посмотреть, на что я способен. Эти три года работы были самыми тяжелыми, но и самыми интересными и запоминающимися. Работа эта трудная и, в первую очередь, неблагодарная. Потому что те, кому мы помогали, редко благодарили. А те, кому не могли помочь, постоянно клянут, даже если мы не могли оказать помощь на законных основаниях. Проблем в городе у нас много, бюджет ограниченный, дотационный, сами зарабатываем только 45 процентов. Я получил город в благоустроенном состоянии. Считаю, что за три года он, как минимум, не стал хуже, а где-то даже и преобразился.
— А кто был непосредственным инициатором выдвижения вас на эту должность?
— Поступило предложение от правительства Брянской области. При назначении я встречался с губернатором, были его вопросы, касающиеся перспектив развития Клинцов, на которые я ответил. Депутаты Горсовета на заседании, где утверждалась моя кандидатура, задавали мне много вопросов. Могу сказать, что я тогда волновался и не чувствовал еще себя главой горадминистрации. Да, я приходил с предприятия, на котором работают больше 100 человек, но образование у меня медицинское, что весьма нехарактерно для руководителей города. Думаю, мало в России мэров с медобразованием.
— В России городов, где мэров избирают почти не осталось, одним из последних до недавнего времени был Екатеринбург. Как вы считаете, сити-менеджеры должны назначаться или избираться народом?
— Вот вы сейчас правильно сказали «сити-менеджер». Моя должность официально называлась «глава администрации города». Но во время работы я стал постепенно понимать разницу между этими понятиями. В моем понимании, глава администрации — это человек, который работал в советсткое время, потому что он мог управлять всеми структурами, находящимися в городе. Похожая ситуация сейчас в Белоруссии, где глава администрации вызывает на планерку директоров заводов, с которыми общается с позиции руководителя, давая им поручения. Я, как сити-менеджер, решал эти вопросы с позиции равноправного партнерства. Я не вызывал на ковер с целью дать конкретное указание, мы садились и договаривались. Просто у нас любой руководитель предприятия мог сказать, что у него своя дорога, развернуться и уйти. По большому счету, какая власть у меня была в руках? Только умение договариваться.
Что касается выборов, то вопрос сложный. С одной стороны было бы правильно, если бы глава администрации избирался всенародно, но с другой стороны у нас сейчас избранные народом депутаты горсовета выбирают главу администрации. Еще отмечу, чтобы не случилось в городе, за все отвечает глава администрации. Взять тот же заезд военных в Клинцы. Губернатор спрашивал с меня, если возникали какие-то сложности. А их было много. Военные жили в поле, не было даже воды. И мы все это организовывали.

Из соцсетей не уходил и не уйду
— Вы никогда особо не скрывали свою личную жизнь, всегда были готовы дать интервью, может это сыграло с вами злую шутку? Может в наше время лучше закрыться от всех за семью замками?
— Может быть и надо было, были такие советы. Но я никогда не прятал свою жизнь. В соцсетях были фотографии моей семьи. Когда я стал главой администрации, больше людей стали интересоваться моей личной жизнью. Порой вытаскивали фотографии, пытаясь представить их в негативном виде. Старые фотографии с отдыха пытались представить, будто они сделаны сейчас. За три года работы я только два раза брал отпуск, в 2015 и 2016 годах. Я привык отдыхать с женой, дочкой и сыном. Но в последнее время нам было сложно собраться всей семьей, графики не совпадали.
— У нас почему-то не принята такая открытость руководителей. За границей с этим проще ведь?
— Конечно, достаточно посмотреть аккаунты мэров городов других стран. Они открыты. И мне в профиль можно было писать. Люди присылали и положительные отзывы, и гневные сообщения. Я и отвечал по необходимости. Звонили мне и по телефону, номер которого я никогда не скрывал. Звонили люди, спрашивали, почему затягивается решение той или иной проблемы. Я и дальше не собираюсь закрывать свой профиль в соцсети. Я три года принимал достаточно серьезные решения и готов ответить, почему было принято то или иное решение.
— Вас кто-нибудь предал за время работу в городской администрации?
— Чтоб уж так жестко и окончательно предавал, наверное, нет. А вот подводили — это да. Мне удалось построить с администрацией достаточно человеческие отношения. Я никогда не строил отношения по принципу: я начальник — ты дурак, никогда не вешал себе корону на голову. Всегда советовался перед принятием решений со своими заместителями. Считаю, что руководителя должны немного бояться и в большей степени уважать. Если подчиненный ненавидит начальника, то вряд ли он будет хорошо работать. Служб в городе много, и все ошибаются, но я никогда не отчитывал руководителя при всех, это происходило тет-а-тет или с в присутствии профильного зама. Да, меня считают добрым руководителем, наверно так и есть (улыбается). Но я бываю и жестким, когда это надо, но прилюдно унижать человека не буду.

Вину не признаю
— Сергей Юрьевич, вы признаете свою вину по уголовным делам, которые на вас заведены?
— Я могу много по этому вопросу говорить. Но, думаю, нам надо вернуться к нему через какое-то время. Сейчас одно дело закончилось, второе идет. Я смотрю с одной позиции, следствие — с другой. Суд даст свою оценку. Давайте дождемся его вердикта.
— Как думаете, почему на вас завели дела? Это было кому-нибудь нужно?
— Я думаю, здесь ваша воля порассуждать (смеется). Я тоже задаюсь вопросом, а почему только Клинцы и почему только я? Я читаю соцсети, после второго уголовного дела люди стали писать комментарии: «а почему только на него одного завели его?» Расскажу два интересных случая. В прошлом году нам удалось обеспечить жильем 26 детей-сирот. 20 квартир было приобретено, а шесть выделено из нашего муниципального фонда. Из 20 купленных 16 — это новое жилье, 4 — вторичное. И вот мне написали в соцсети, мол, какую неблагоустроенную квартиру нам дали и прислали несколько фотографий. Этого не могло быть в принципе, все квартиры проходили проверку, они предоставлялись с отделкой. Было ясно, что речь идет о вторичном жилье, стали проверять все эти четыре квартиры, но, естественно, ничего похожего на эти снимки не нашли. То есть, это был откровенный фейк, но что интересно, у пользователя была фотография и аккаунт с виду не был похож на фейковый. Позже выяснилось, что фото квартир вообще были сделаны в разных местах. Я дал подробный ответ этому человеку, но он на это промолчал. В другой раз мне написала девушка, которая высказалась по первому уголовному делу. Я спросил, а вы вообще меня знаете? На что она ответила, образно говоря, «не знаю, но все равно плохой». Я парировал, но вы хоть почитайте, что обо мне пишут, то же «Ваше личное Дело». На день она взяла паузу, а потом ответила, что «все равно плохой». У нас испокон веков работа чиновника оценивается чаще негативно. По моему мнению, сейчас чтобы работать чиновником надо иметь большое мужество. Зарплата за три года работы у меня увеличилась один раз на четыре процента. Сейчас средняя зарплата в городе выше, чем средняя зарплата муниципального работника в городской администрации.
— Сейчас вас снова обвиняют в присвоении или растрате. На сей раз сумма — миллион рублей. Какое наказание вам могут вынести?
— Это может решить только суд. Я этой темы пока не хочу касаться, пока идет судебный процесс. Я считаю себя невиновным в этой ситуации. Прогнозировать я не могу.
— Следствие полагает, что этот миллион вы с кем-то поделили или забрали себе?
— Да, сначала следствие шло именно в таком ключе, но потом следователи убедились в обратном. На данный момент меня обвиняют в нецелевом использовании денежных средств.

Егор, ты не прав
Вы присутствовали на заседании горсовета в конце прошлого лета, когда корреспондента газеты «Ваше личное дело» Егора Быкова обвинили в неправильном прослушивании гимна. Я смотрел запись того заседания, и мне показалось, что вы тогда были не в своей тарелке. Вам не нравилось то, что происходит. Это верно? Или вы согласны с решением по журналисту?
— Я решение городского Совета комментировать не буду, я не являлся депутатом Горсовета. Да, тогда журналисты сразу бросились защищать Егора, говоря, что нигде не написано, что человек должен стоять по стойке смирно. Но в моем понимании уважение к символам государства и города должно быть. Выскажу свое мнение, пусть Гимн и заканчивался, я не считаю правильным в это время двигаться за пальто и одеваться. Не знаю, насколько верной была дисквалификация журналиста, но считаю действия его неправильными.
— На счет движения за пальто слышу впервые. Ему же вменяли другое, что он держал во время гимна руки за спиной и стоял с расстегнутым пиджаком.
— Я уже не помню этого, я обратил на него внимание, именно когда он двинулся за верхней одеждой под конец исполнения Гимна.
— А нельзя ли было ограничиться замечанием, а не лишать его аккредитации? Ведь все восприняли такое решение, как сведение счетов с неудобным журналистом.
— Обо мне он тоже никогда ничего приятного не писал, но я с ним счеты не сводил (смеется). Думаю, городской Совет тоже не сводил с ним счеты.
— И все-таки я настаиваю, что Егора лишили аккредитации не из-за движения за пальто. И тут вот какая аналогия напрашивается. Буквально в эти же дни шел чемпионат Европы по баскетболу. Во время исполнения гимна все наши игроки, включая Виталия Фридзона, и тренеры держали руки за спиной. Как думаете, отличный баскетболист Олег Шкуратов, который наверняка смотрел те трансляции, после этого прекратил общение с Фридзоном? Ведь по этой логике Виталий проявил неуважение к Гимну России.
— Опять же, не могу отвечать за главу города. Я в деталях не могу вспомнить, как все было, но, повторюсь, я обратил внимание на другие движения Егора. Он либо пошел за пальто, либо стал собирать камеру, либо вещи какие-то складывать. Я уже за давностью точно не вспомню.

Жора Костакович
Продолжение следует

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *