Пятница | 24 Ноябрь 2017

Правопорядок

26 Янв 2015 | Рубрика: Происшествия

Месть насильника

По материалам, предоставленным Клинцовским межрайонным следственным отделом, мы рассказываем о факте совершения убийства в селе Лесновка и обстоятельствах задержания преступника.

Крохотная деревня Лесновка располагается за селом Рожны, ближе к Новозыбковскому району. Там родился и жил 36-летний пятикратно судимый, обвиняемый в совершении ужасного преступления Х. Как получивший в девятилетнем возрасте черепно-мозговую травму в армии он не служил, первый раз оказался в местах лишения свободы в 20 лет. В 1998 году Х. был признан виновным в совершении тяжкого преступления — изнасилования.
Насильник — это не только внутреннее состояние субъекта и свидетельство неспособности наладить конструктивные коммуникации с окружающим его миром. Насильник — это клеймо, сопровождающее человека на зону, заранее приниженное и угнетенное его положение в рядах сокамерников. Именно тогда, 20 лет назад, суд, вынося первый приговор, базировался на свидетельских показаниях жительницы того же отдаленного селения Лесновка, где совершил свое первое изнасилование Х.

После приговора 1998 года и отбытия наказания следовали уголовные дела 2004, 2006 и 2009 годов, когда он получал небольшие сроки. В 2011 году Х. был приговорен к четырем годам лишения свободы опять же за изнасилование — вступление в половую связь, сопряженное с нанесением жертве телесных повреждений.
31 декабря 2014 года, когда Х. выпустили из ворот Брянской исправительной колонии, стало роковой датой. Дальнейшую канву событий будем воспроизводить прямо со слов самого Х.: «Освободился я в восемь часов утра. После этого я на маршрутке направился в Клинцы, куда приехал в два часа дня. В магазине я купил бутылку водки и бутылку коньяка, а затем позвонил своей знакомой Ф., которая проживает в селе Рожны. С ней мы вместе учились в школе, у меня с ней дружеские отношения. Приехал я к ней примерно в пять часов вечера, в доме у нее находились ее мать и ее сожитель. Мы распивали спиртное, общались, я рассказывал о своей жизни».
Примечательна в рассказе убийцы следующая деталь: «Я говорил Ф., что освободился больше недели назад и собираюсь поехать в Москву на заработки. Я рассказывал это спонтанно, чтобы создать о себе благоприятное впечатление». За решетку «бухло» проникает, но не думаем, чтобы Х. имел возможность часто употреблять его на зоне. Стоит ли удивляться, что после столь долгого «поста» его быстро «переклинило»: «Во время нашей беседы зашел разговор о женщине по имени Елена, уроженки деревни Лесновка, проходившей свидетелем по первой моей судимости, к которой я испытывал неприязненные отношения и хотел отомстить». Могла ли Ф. одернуть Х., могла ли на этой стадии прекратиться та вакханалия, что окончилась жестоким убийством? Можно с уверенностью сказать, что да. Уложили бы спать, заперли бы, наконец. Водка не дала.
Но «проводы Старого года» продолжились: «Примерно в восемь вечера мы с Ф. отправились искать нашего знакомого Б. Я увидел недавно построенный дом сотрудника полиции Т., который проводил задержание по моей первой судимости в 1998 году. Я испытывал к нему неприязненные отношения и захотел сжечь его дом, об этом указал Ф., она никак не отреагировала на это». К этому дому он еще вернется.

Вместе с собутыльницей Х. пришел к своей сестре, также проживающей в Рожнах. Здесь он тоже говорил о радужной перспективе в виде Москвы, о возникшем гневе и бурлящей в груди жажде мести молчал. Сестра не пила с ними, по всей видимости, не поощряла продолжения катавасии, они у нее были всего 20 минут. Появление почти невменяемого брата, который судим пять раз, в принципе, должно было заставить задуматься. Окончательно напились снова у Ф.: «Примерно в 9 часов 20 минут я сказал ей, что выйду в туалет на улицу, чтобы она не шла за мной».
Пошел Х. не в туалет, а в родную деревню Лесновка. Местные жители отмечали праздники, на улице разожгли костер: «Возле костра были мои знакомые Александр, мои двоюродные сестры Катя и Таня». Ночь, Новый год, вернувшийся из зоны товарищ, нацелившийся на соседский дом. Никого это не насторожило, а, может быть, просто боялись связываться с Х.
«В доме Елены свет не горел, но я знал, что она находится там. Я взял полено и бросил в окно дома. Елена находилась внутри, в другой комнате. Стояла босиком на полу в ночной рубашке и просила, чтобы я ушел. Я сказал ей, что пришел отомстить за то, что она испортила мне жизнь. Вошел в ее комнату, стал избивать ее кулаками. Я наносил ей удары в область головы и грудной клетки. Она крикнула один раз и упала на пол возле печки в той же комнате. После чего я два раза ударил кулаком в область головы. Она потеряла сознание, после этого я разорвал на груди сорочку, другой одежды на ней не было».
Пощадив наших читателей, оставим дальнейшую сцену насилия без описания. Сегодня психологи сходятся во мнении с психиатрами — есть только один вид душевного недуга, а шизофрения или маниакально-депрессивный психоз — это лишь проявление той тяжелой боли, которая наполняет нисшедшего даже не до животного, не до скотского, а до адского состояния человека. Во время совершения мерзости жертва была без сознания, но еще жива: «… Зачем я это сделал, не знаю. После этого я бросил указанный предмет на печь и стал руками душить Елену. … На момент преступления я отдавал себе отчет в том, что делаю, и что своими действиями я убил Елену».
Х. решает поджечь дом и уничтожить место преступления: «Для этого я в центре комнаты положил одеяло, на который положил щепки, лежавшие у печи. Затем я перевернул труп лицом на одеяло. В доме я ничего не взял. Сколько было времени, я не знаю. После того как я поджег дом, я вышел на улицу и отправился в Рожны».

Новогодняя ночь, пустой новый дом, в который еще не заселилась семья построившего его милиционера, в 1998 году всего-навсего исполнявшего свои служебные обязанности. «Там я нашел пластмассовую канистру с бензином, из которой облил дом изнутри и снаружи, после чего поджег. Уходя из дома, я взял бензопилу оранжевого цвета, так как собирался скрываться в лесу и хотел использовать ее для постройки убежища».
О задержании убийцы и поджигателя рассказывает руководитель следственной группы СК А. Липовой: «После совершения изнасилования в 2011 году Х. довольно продолжительное время прятался в сделанной им самим землянке. В этот раз его попытка уйти от наказания могла продлиться также долго. По признанию самого преступника, его напугали волки. В поисках пищи Х. стал приходить на окраину города Новозыбкова. Там его увидели люди и сообщили в полицию, где уже было известно о его способности жить, так сказать, на подножном корме. Когда его задержали через восемь дней после совершения преступления в той землянке, он имел ужасный вид — изорванная одежда, испачканное копотью лицо».
Относительно дальнейшего хода расследования дела А. Липовой пояснил: «По обстоятельствам совершения преступления проводится комплекс экспертиз, в том числе и психиатрическая экспертиза в отношении обвиняемого. По ходатайству следствия судом в отношении него вынесена мера пресечения в виде заключения под стражу».

Олег ВЕЧОРКО

Обсуждение закрыто.