Суббота | 21 Октябрь 2017

Дышать ли глубже?

23 Окт 2014 | Рубрика: Общество

Мы способны какое-то время обходиться без воды, какое-то — без пищи, но не дышать не можем ни мгновения. Двадцать восемь лет мы дышим радионуклидами, а теперь приходится вдыхать дым и гарь от пожаров торфяных болот. При торфяных пожарах, как известно, горят слой торфа и корни деревьев.

В нашем городе есть муниципальное казенное учреждение «Управление по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям города Клинцы Брянской области», расположенное по адресу: улица Калинина, дом 151. Задачей управления является обеспечение безопасности в чрезвычайных ситуациях. Кстати, еще эта организация является победителем регионального этапа Всероссийского конкурса «Российская организация высокой социальной эффективности», за что и получила награду в декабре прошлого года в Правительстве Брянской области. Начальник учреждения — Виктор Чентырев.

Ввиду того, что 14 октября из-за сложной обстановки, связанной с природными пожарами, подписано распоряжение о введении на территории региона режима чрезвычайной ситуации, мы посчитали важным взять интервью у Виктора Чентырева. Хотелось узнать, почему информация о пожарах в местных СМИ начинает появляться только сейчас, а горит, видимо, уже давно, по крайней мере, уже несколько недель.
16 октября найти начальника Управления по делам ГО и ЧС было делом нелегким. Но все же к концу рабочего дня корреспонденту газеты удалось побеседовать с ним.

По словам Виктора Чентырева, в Клинцовском районе горят торфяники возле Голубовки и Гуты-Корецкой. Для ликвидации возгораний привлечена группа людей и средств МЧС России. Работает около 300 человек и порядка 100 единиц техники: пожарные машины и специальная техника — ПНС (пожарная насосная станция, которая применяется для подачи воды по магистральным пожарным рукавам непосредственно к пожарным автомобилям с последующей подачей воды на очаг пожара). Длина рукава ПНС около одного с половиной километра. Перед сотрудниками, принимающими участие в тушении пожара, поставлена задача потушить пожар в кратчайшие сроки. Начальник Управления по делам ГО и ЧС предположил, что причинами возникновения очагов пожара могли быть как погодные условия, так и человеческий фактор: сухая трава, отсутствие влаги, из-за чего начинают тлеть торфяники.
По информации «БрянскToday», в Гордеевском районе прошло масштабное совещание по борьбе с огненной стихией. Запах гари начал ощущаться еще в Клинцовском районе — как выяснилось, там кто-то поджег траву на полях. Как пояснили потом местные жители, по полю специально пускают горящее колесо, чтобы выжечь пожухшую траву. «БрянскToday» приводит слова губернатора Брянской области: «Я сегодня пролетел на вертолете по области, посмотрел леса и поля. Когда стоит сушь, а люди относятся халатно, поля горят. Сегодня мы запретили вход в лес». Александр Богомаз пообещал, что виновные, а это и пожарные, и участковые, и чиновники, будут найдены и наказаны.
Кто же виноват в том, что горят торфяники? Местные жители, обронившие окурки, или те, кто запускает колесо, чтобы сжечь таким образом пожухшую траву?

Обратимся к истории. В 1971-1972 годах было осушено свыше одного миллиона «болотных гектаров». Причем одним из самых крупных регионов, где это происходило, была Мещерская низменность — восток Московской области и север Рязанской, а также долина Амура на Дальнем Востоке, где до сих пор полыхают торфяные и лесные пожары. Вследствие работ по улучшению качества земель осуществляли мелиорацию, проводимую как осушение.
На мелиорацию российского Нечерноземья в 70-е годы было затрачено свыше 30 миллиардов рублей. Как отмечено в информационно-аналитическом издании фонда исторической перспективы «Столетие» с комментариями экономиста Артема Леонова, есть мнение ученых, согласно которому не был создан оптимальный постоянный водный режим в торфяных и других болотистых почвах. Канавы рыли вдвое больше необходимого, вода не могла подниматься по земляным капиллярам к корням растений. В итоге, верхний и средний почвенный слой отрывался от грунтовых вод, быстро пересыхал, стал возгораемым. Кроме того, допускались и другие нарушения осушительных технологий.
Ранее, 15-20 лет назад, торф был востребован. Затем его добыча была свернута, а торфоразработки заброшены. Как отмечено в статье Артема Леонова «Почему горит Россия», это, по мнению ученых, все равно, что оставить без присмотра пороховой завод. Тем более, что торфосодержащая земля тлеет внутри и может возгораться даже при минус 15 градусах. В этой же статье говорится о том, что в тех регионах, где последствия с осушениями земель были более щадящими, уже давно спохватились. Там проводилось заболачивание прежних болот и создание новых. То есть, восстанавливались естественные природные системы. Как сказал эколог К. Сейл, «в любой войне с миром природы победители природы рано или поздно оказываются в проигрыше». Как, увы, мы сегодня.

Евдокия Иванова

Комментарии закрыты.