Понедельник | 11 Декабрь 2017

Что это, если не бардак?

19 Сен 2014 | Рубрика: Общество

Молодость! Несокрушимая, полная надежд,
одержимая жаждой честолюбивых помыслов. Каждому из нас молодость казалась вечностью.
И вдруг – старость.
Оказывается, лимит здоровья, отпущенный природой, исчерпан. Всякая хворь, как призрак, начинает атаковать, а тут Чернобыль со своими стронциями, цезиями… словом, с букетом болезней. Томительное хождение по поликлиникам, пребывание в больницах… и заключение врачей с направлением на медико-социальную экспертизу, что на улице Дзержинского, 34.
Не праздное любопытство побудило меня переступить порог данного учреждения, а банально-пресловутая необходимость получить новую справку с формулировкой: «Травма получена в период военной службы». Так рекомендует Главный центр военно-врачебной экспертизы Министерства обороны России.
Итак, МСЭ г. Клинцы, понедельник, 1 сентября — день приема жителей города. 7.15, а прием посетителей начнется в 8.30. В коридоре человек 20, если не больше. Есть хоть где посидеть, но сидений все равно не хватает. Люди в основном пожилые: кто-то придерживает клюшку, у кого-то костыли. Все терпеливо ждут, когда откроется дверь пятого кабинета, где находится регистратура. У большинства разочарование: вряд ли сегодня пройдут все кабинеты.
— Разве такое может быть? — спрашиваю у присутствующих. Многие ухмыльнулись на мой наивный вопрос. Некоторые приходят сюда в два-три часа ночи, чтобы пройти комиссию. Люди благодарны ночному сторожу, который открывает двери здания. Вот это кроссворд!
Прием посетителей завершается в 12.30. Я не строил иллюзий, не обольщался, что в один день получу справку, поэтому набрался смелости и мужества войти в пятый кабинет, чтобы только спросить, куда мне обратиться со своей проблемой. Высокая женщина в белом халате отрубила хорошо поставленным голосом, с нескрываемым безразличием:
— Это не ко мне!

Я в некотором оцепенении. Извинившись, снова вскидываю голову.
— Сказала, что не ко мне. Идите!
Поневоле я вспомнил выражение Сервантеса: «Ничто не стоит так дешево и не ценится так дорого, как вежливость».
В коридоре останавливаю руководителя МСЭ госпожу Ярышкину. Ловлю на себе ее высокомерный взгляд. Поблагодарил ее, что подсказала пройти оформление в регистратуре. Список желающих пройти комиссию — на столе. Записались 30 человек, я значился шестнадцатым. Время подошло. К сожалению, большинство, разочаровавшись, разошлись по домам.
— Завтра приду в три часа ночи, — сказала бабушка.
Четверг — тоже день приема жителей города Клинцы. Опять полный коридор людей. Среди них вижу старого знакомого, мужчину лет пятидесяти. На груди ордена и медали. Зовут его Николай Михайлович Тисенко. Спрашиваю у него:
— Который раз приходите сюда?
— Седьмой, — ответил он и как-то потерянно махнул рукой.
В толпе тот же ропот, то же недовольство, что специалисты МСЭ очень медленно принимают посетителей. Я открываю дверь зала заседаний. За столом специалисты с деловым видом склонились над бумагами.
— Вас не коробит этот бардак, что люди днями мучаются, пребывая в вашем учреждении? – бросаю вызов. Открываю дверь, показываю на людей, томящихся в коридоре. Никакой реакции, будто сговорились, чтобы не видеть и не слышать меня.
Пятница — день приема жителей Клинцовского и Гордеевского районов. Ну, думаю, опять застану толпу. Отнюдь! На часах 11.45. В коридоре единственный посетитель. Чудеса и только!
Почему в этом учреждении господствует произвол? Оно ведь находится в нашем городе. Полагаю, должен быть какой-то контроль со стороны администрации городской больницы, в конце концов, самого города.
— Клинцовская медико-социальная экспертиза нам не подчиняется. Это другая структура, — ответил заместитель главного врача городской больницы господин Грибанов.
Что ж, думаю, пойдем выше. Задаю вопрос главе города Клинцы Виталию Беляю:
— Виталий Викторович, в МСЭ, что в нашем городе, творится безобразие. Люди вовремя не могут пройти комиссию. В этом учреждении не продумана организация труда специалистов. Можете посодействовать, чтобы навести там порядок?
— Нет! — таков ответ главы города.
Свои размышления закончу репликой великого римского оратора Цицерона: «О времена! О нравы!» Постараюсь, чтобы эта заметка лежала на столе руководителей МСЭ Брянска и Москвы — для их раздумий и соответствующих выводов.
Х. ШАЙМУРАТОВ,
член Союза
журналистов СССР

Обсуждение закрыто.