Пятница | 24 Ноябрь 2017

Грозовая туча судьбы

11 Сен 2013 | Рубрика: Страницы истории

Окончание. Начало статьи смотрите здесь №34 от 21.08.2013 г.

К 70-летию освобождения города Клинцы от немецко-фашистских захватчиков

Вьюнковский расстрел

«В конце января или первого февраля 1943 года от Железнякова пришла Людмила с просьбой дать лыжи для отправки людей в отряд. Имеющиеся у нас дома две пары лыж я ей отдала. А утром следующего дня мы узнали о том, что в эту ночь арестовали более двадцати человек по городу — среди них и всех мужчин-подпольщиков.

Эту трагедию трудно было перенести, особая выдержка требовалась Кузьминой, у которой мы собирались, и Любимовой, которая работала бухгалтером в тюрьме, куда была внедрена. Арест нашей группы произошел именно из-за предательства заключенных (кого именно — неизвестно). Мои лыжи были нужны для того, чтобы отправить готовящихся к бегству арестованных. День 6 февраля, суббота, мне остался памятным на всю жизнь. В этот день были расстреляны наши товарищи — Железняков, Кузьмин, Литвинов, Полежаев и Коваленко».

На отдельном листе среди тетрадей Елены Георгиевны Тимошенко составлен список всех расстрелянных. Пятнадцать фамилий известны (две комсомолки были убиты в сентябре 1943 года, перед самым уходом немцев). Сохранился и черновик письма председателю Общества охраны памятников г. Клинцы (1982 г.): «Сами могилы стираются с лица земли, забрасываются мусором. Могила во рву, где расстреляно только 6 февраля 27 человек, при всем старании близких людей содержится в порядке. Необходимо восстановить могилы, уложить надгробные плиты с перечнем фамилий расстрелянных патриотов. Каждый, кто посетит этот скорбный уголок, должен представить то, что произошло». Очевидно, это письмо она написала, вернувшись в Москву после посещения родного города.

Далее читаем: «Нас, девушек, не тронули, видимо, потому, что немцы интересовались людьми и событиями, связанными с переправкой в партизанский отряд. Насчет нас никто не проговорился, да и повода, видимо, к этому не было. Расстреляно было пятеро, а арестовано 27 человек, которых держали три дня. Эти дни нам многого стоили. Ира Любимова, приходя с работы, всегда рассказывала малейшие новости. На второй или третий день ареста ей пришлось с начальником тюрьмы проходить по камерам. Пользуясь большим количеством сопровождающих и теснотой в камере, Железняков сумел шепнуть, чтобы мы не переживали, так как они молчат. Оказалось, смалодушничал Анисим Полежаев, как после рассказала жена Кузьмина, которую тоже арестовали, но выпустили, он признался в подготовке побега и отправки людей.

А.П. Коваленко

Держали его в отдельной камере, на допросах избивали, но нас он не предал. Вообще он на наших собраниях был самым активным, вызывался идти на розыски местоположения партизанского отряда. Коваленко Александр, можно сказать, тормозил активную деятельность, считал, что любой шаг нужно прежде продумать. Известно было, что он имеет звание капитана, и все первое время его очень уважали и прислушивались к нему. Но когда он стал жить с женщиной, о которой все знали, что она симпатизирует немцам, то не знали, что думать о нем, конспирация это или дурная склонность».

Страницы: 1 2 3

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.